Плановая экономика: директивы из бункера
Когда на рубеже 1940-х и 50-х годов советские идеологи обрушились на «реакционную лженауку» кибернетику, это – в отличие от случаев с генетикой, теорией относительности и пр., – не было высосанной из пальца кампанией по сведению счетов. Кибернетика, так, как излагал ее Норберт Винер, действительно отчасти претендовала на делянку, занятую марксизмом, – потому, что легко и изящно объясняла принципы функционирования любых систем, в том числе и человеческого общества в его экономическом аспекте.
Кибернетики ошибались лишь в одном, но принципиальном моменте: разнообразие и непредсказуемость поведения «большой» системы (вроде экономики целой страны) накладывают столь серьезные ограничения на модели ученых, что с ними не справляются никакие технические устройства. Но в те годы ученые еще этого не знали и спокойно ставили задачу автоматизированного управления хоть крупным государством, не сомневаясь в своей способности ее решить.
Марксисты сначала не поняли, что «плановой экономике» концепция автоматического управления соответствует как нельзя лучше: вычислительная машина – есть замечательный практический инструмент, который не надо принуждать и стимулировать, уговаривать и устраивать разносы, который всегда компетентен и не подсиживает начальство. А когда они поняли, что именно предлагают ученые, то вместо того, чтобы восторженно принять это на вооружение, пришли в ужас. Почему – вы узнаете далее.
ЗАЩИТНИК КИБЕРНЕТИКИ
Истории известно три масштабных попытки разработать и воплотить на практике системы автоматического управления экономикой в масштабах целого государства. Эти попытки, благополучно провалившиеся, интересны прежде всего тем, что потенциально включали все те компьютерные системы, без которых сейчас немыслима работа ни одной торговой точки, от автоматизации управления до бухгалтерии и даже – в определенной степени – интернета.
Вот первая из этих попыток. В 1952 году научный референт Академии артиллерийских наук Анатолий Иванович Китов в качестве представителя Минобороны был прикомандирован к СКБ-245 (впоследствии – НИЦЭВТ), которое занималось тогда постройкой одной из первых отечественных ЭВМ «Стрела». В спецхране этого предприятия ему удалось прочесть запрещенную в СССР книжку Винера «Кибернетика». Это определило всю дальнейшую судьбу Китова. Сначала он ввязался в борьбу за реабилитацию кибернетики в СССР и стал одним из главных вдохновителей и организаторов этой кампании. В апреле 1955 года статья в журнале «Вопросы философии» (С. Л. Соболев, А. И. Китов, А. А. Ляпунов, «Основные черты кибернетики») положила конец преследованиям кибернетики.
Китов руководил Вычислительным центром Министерства обороны (ВЦ-1), где, в частности, рассчитывались траектории первых спутников. Он был хорошо знаком с вычислительной техникой (Китов – автор первой в стране диссертации по программированию, первого учебника по вычислительным машинам, создатель операционных систем и языков программирования) и глубоко владел методическими основами кибернетики. Это позволило ему в январе 1959 года выйти с глобальным предложением «наверх» – непосредственно к генсеку Хрущеву.
Китов предложил организовать информационно-управляющую сеть в масштабах всего государства на основе компьютерных центров. Идея Китова выгодно отличалась от последующих подобных проектов своим двойным назначением: в мирное время – преимущественно управление народным хозяйством, в случае войны – быстрое переключение мощностей на нужды военных. Это должно было значительно удешевить проект и сделать его экономически целесообразным. Характерной чертой проекта была полная автономность главных вычислительных центров, которые предполагалось разместить в защищенных бункерах: все расчеты должны были вестись дистанционно, по сети. Проектировать и обслуживать эти центры должны были военные кадры, чтобы обеспечить высокую надежность.
Сперва Китов, впрочем, предложил лишь некую «автоматизированную систему управления народным хозяйством». И в принципе, высшее руководство страны его поддержало: было принято постановление ЦК и Совмина об ускоренном создании ЭВМ и автоматизации промышленного производства. Поддержали его и такие авторитеты, как академик-адмирал А. И. Берг. Но все-таки это были общие слова: по поводу самого главного – сети национального масштаба – отклика не было.
Кибернетики ошибались лишь в одном, но принципиальном моменте: разнообразие и непредсказуемость поведения «большой» системы (вроде экономики целой страны) накладывают столь серьезные ограничения на модели ученых, что с ними не справляются никакие технические устройства. Но в те годы ученые еще этого не знали и спокойно ставили задачу автоматизированного управления хоть крупным государством, не сомневаясь в своей способности ее решить.
Марксисты сначала не поняли, что «плановой экономике» концепция автоматического управления соответствует как нельзя лучше: вычислительная машина – есть замечательный практический инструмент, который не надо принуждать и стимулировать, уговаривать и устраивать разносы, который всегда компетентен и не подсиживает начальство. А когда они поняли, что именно предлагают ученые, то вместо того, чтобы восторженно принять это на вооружение, пришли в ужас. Почему – вы узнаете далее.
ЗАЩИТНИК КИБЕРНЕТИКИ
Истории известно три масштабных попытки разработать и воплотить на практике системы автоматического управления экономикой в масштабах целого государства. Эти попытки, благополучно провалившиеся, интересны прежде всего тем, что потенциально включали все те компьютерные системы, без которых сейчас немыслима работа ни одной торговой точки, от автоматизации управления до бухгалтерии и даже – в определенной степени – интернета.
Вот первая из этих попыток. В 1952 году научный референт Академии артиллерийских наук Анатолий Иванович Китов в качестве представителя Минобороны был прикомандирован к СКБ-245 (впоследствии – НИЦЭВТ), которое занималось тогда постройкой одной из первых отечественных ЭВМ «Стрела». В спецхране этого предприятия ему удалось прочесть запрещенную в СССР книжку Винера «Кибернетика». Это определило всю дальнейшую судьбу Китова. Сначала он ввязался в борьбу за реабилитацию кибернетики в СССР и стал одним из главных вдохновителей и организаторов этой кампании. В апреле 1955 года статья в журнале «Вопросы философии» (С. Л. Соболев, А. И. Китов, А. А. Ляпунов, «Основные черты кибернетики») положила конец преследованиям кибернетики.
Китов руководил Вычислительным центром Министерства обороны (ВЦ-1), где, в частности, рассчитывались траектории первых спутников. Он был хорошо знаком с вычислительной техникой (Китов – автор первой в стране диссертации по программированию, первого учебника по вычислительным машинам, создатель операционных систем и языков программирования) и глубоко владел методическими основами кибернетики. Это позволило ему в январе 1959 года выйти с глобальным предложением «наверх» – непосредственно к генсеку Хрущеву.
Китов предложил организовать информационно-управляющую сеть в масштабах всего государства на основе компьютерных центров. Идея Китова выгодно отличалась от последующих подобных проектов своим двойным назначением: в мирное время – преимущественно управление народным хозяйством, в случае войны – быстрое
Сперва Китов, впрочем, предложил лишь некую «автоматизированную систему управления народным хозяйством». И в принципе, высшее руководство страны его поддержало: было принято постановление ЦК и Совмина об ускоренном создании ЭВМ и автоматизации промышленного производства. Поддержали его и такие авторитеты, как академик-адмирал А. И. Берг. Но все-таки это были общие слова: по поводу самого главного – сети национального масштаба – отклика не было.